veselova102 (veselova102) wrote,
veselova102
veselova102

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

#Крымск Первая группа волонтёров вернулась.Подробная хроника.

Оригинал взят у konsultant34 в Крымск и рым.
Миссия первого отряда волгоградских добровольцев Крымске закончилась. Мы сумели доказать несколько важных везей:
1. Общество гораздо оперативнее и поворотливее государства. Помощь собираем эффективнее и доставляем оперативнее. Да и сами готовы работать, а не делать вид.
2. Общество не такое плохое, как о нём привыкли думать. Да, у нас никто не пострадал и это мы помогали МЧС, а не они нам. Нет, мы никого не ограбили, не изнасиловали и не убили. Никогда не забуду те слова благодарности, которые звучали в адрес наших ребят. Да и шоколадные подушечки от тёти Гали из придорожного кафе, которое стало нам столовой на время работы в Нижнебаканской.
3. У существующего политического режима накопилась критическая масса ошибок, которые надо решать кардинально. Пока их можно исправить без кровопролития. Пока.
4. Есть люди, умеющие работать без поручений чиновников, губернаторов, президентов. Я горжусь, что увидел таких. И я очень рад, что они есть не только со стороны оппозиции, но и со стороны власти.





(Воскресенье-понедельник) День X. Собрание

Вечер воскресенья. Телефонный звонок. На дисплее номер Николая Лукьяненко.
- Привет. Хочешь на море отдохнуть?
- В смысле?
- Ну не совсем на море. До моря километров восемьдесят. Я про Крымск.
- Гхм…
- Давай, собирайся. Выступаем во вторник.
- Ок, только с женой поговорю и на работе отпрошусь.
И вот тут меня накрыла меньжа. Да, это правда. Я испугался. Потому что я не экстремал. Я вообще по жизни домосед, и если еду куда-то далеко, то готов только на комфортные условия. Это правда. Да и кризисные ситуации не очень люблю. Но другая часть меня упорно твердила: надо ехать. Там хоть кто-то должен помочь людям.
Поговорил с женой
- Я еду в Крымск.
- Там же опасно!
- Ну что ты, солнышко. Там всё норм. Но людям надо помочь. Завтра беда может прийти и в наш дом. Кто тогда поможет нам?
Раз инициатива есть, то её надо раскручивать. Не пиара ради, а сугубо для того, чтобы найти единомышленников. Поэтому и Николай написал пост, а я соорудил группы в сосцетях. Они до сих пор ещё действуют. Утром в понедельник пришёл на работу и дал материал на радиостанцию. Без ложной скромности могу сказать, что Николай был первым, кто начал толкать тему сбора гуманитарки в Волгограде для пострадавшего Крымска. В кои-то веки хоть что-то у нас в регионе делалось не по поручению губернатора и освещалось СМИ. В итоге к 16:30 в офисе «Деловой России» уже собрались добровольцы. 15 человек. Пара потом отсеялась, но на их место встали другие. Уж простите за простой слог и отсутствие высокохудожественного описания. Как-то не получается после всего увиденного.
Маме решил не говорить. Но из-за собственной оплошности она узнала от других людей.
- Ты в крымск едешь?
- Эээ.. А откуда ты узнала?
- … сказала.
- Ну да. Мам, да там не страшно. Съездим, поможем немного и домой. Вернусь к воскресенью.
- Храни тебя Господь. Вас всех…
(Вторник) День первый. Переход
Было по-прежнему страшно. Даже после того, как подписали заявление на отпуск за свой счёт. Даже после того, как договорился с Николаем по поводу спецовки. Весь страх уходит в тот момент, когда приезжаешь на точку сбора и видишь других. Просто перестаёшь бояться.
А команда у нас подобралась что надо. Средний возраст волгоградской части группы 37 лет. Тут вам и два медика и профессиональный страйкболист со всеми девайсами для экстремальных походов. И сын некогда высокопоставленного силовика. И правозащитник, имевший опыт тушения пожаров. И политолог J То бишь, ваш покорный слуга. 17 человек при пяти автомобилях. Не в тесноте и не в обиде. Выдвинулись в 7 утра, а уже к десяти были в Котельниково. Получил там резиновые сапоги, которые правда использовал только один раз. Ибо в той жаре и влажности… Но об этом позже.
Котельниковская группа оказалось ещё более крутой. Средний возраст 38 лет. Все служили. Часть работает в сфере ЖКХ. Часть воевала. Для поездки у них был аж целый ПАЗик и куча снаряжения. Вплоть до собственного генератора и армейских ИРП. На трёх машинах были рации. Машина Николая была головной. Борис-страйкболист замыкал. Шли ровно. Тормознули нас только один раз. В Ростовской области гаишник махнул полосатой палочкой.
- Нарушаем. Нива ваша 185 километров шла. А Вы 150.
- Эээ… (Николай)
- Документы давайте. Куда едете?
- В Крымск мы. Помогать (Николай)
- Да. Думаю, будет неправильно вас задерживать. Проезжайте.
Больше никто нас и нигде не останавливал.
Под Краснодаром встали в огромную пробку. Там по-прежнему делают дороги к Олимпиаде. Качество отличное. Лишний раз им позавидовал. Но из-за больших объёмов работ везде пробки. Представляю, какая будет там скорость, когда полотно доделают.



В начале девятого подошли к въезду в Крымск. Созвонились с ростовским МЧС и начали разворачивать лагерь у баз «Центроспас» и «Лидер». Познакомились с полковников Владимировым и генералом Василием Васильевичем(фамилию, к сожалению забыл). Сгоняли в оперативный штаб МЧС и поговорили с тамошним начальством. Узнали, что наша дорога заканчивается не в Крымске. На следующий день предстоит идти в станицу Нижнебаканскую. Там уже трое суток погибает 495-й отряд МЧС. Потом этот отряд фигурировал и как 425-й и как 405-й. В общем, бюрократия не помогает систематизации, а лишь вносит путаницу.
К одиннадцати ночи подъехали и котельниковские ребята. Добры МЧСники из центроспаса накормили нас рисовой кашей на молоке и дали кипятка. Потом заработал генератор. Немного посовещавшись мы легли спать. Время было час ночи. В шесть утра намечался подъём. А по шоссе всё шла техника. Но куда она шла – было непонятно.



(Среда) День второй. Крымск-Баканка



Утро. Едем в центр Крымска. На одной из обочин видим странный лагерь с оранжевой надписью «Родина». Вы не поверите, но это таджики. В оранжевых спецовках. Потом эти таджики весело махали нам руками, когда мы фотографировали их.
В штабе МЧС нам дают контакты отряда МЧС в Баканке. Быстренько отправляемся туда. Вернее, не совсем быстренько. Выяснилось, что ПАЗик из Котельниково ехать не может – порвался ремень. Перебрасываемся при помощи машин.
Станица Нижнебаканская – это достаточно крупный населённый пункт. Точной численности населения похоже не знает даже местная власть. За то время, пока мы там были, цифры по численности разнились от 6 до 15 тысяч жителей. Через Баканку проходит речка с одноимённым названием (если я не путаю). Эта речка и стала причиной основных разрушений.
В Баканке начинаем искать нужного нам подполковника МЧС. Сначала в одном месте. Потом в другом. Видим и МЧС. Кучу срочников из кавказских республик. Срочники пасутся вокруг администрации поселения и школы, где у них разбит лагерь. Всё. Больше срочников нигде не видно. Везде бегают только офицеры МЧС: медик, «трупник», спецы по завалам. Та же картина в принципе была и в Крымске. Возникает резонный вопрос: на черта нам такой род войск как МЧС? Толка от них никакого. Только жрут и катаются. Всё-таки как от специализированной службы, от них толка было больше. Добровольцы берут на себя улицы Шевченко и Чехова, помогают местному населению выгребать из дома хлам, который некогда составлял предметы их быта.
Опять едем в наш лагерь. МЧСники ещё вечером попросили нас поучаствовать во встрече министра МЧС Пучкова. Он же наш земляк. Ну ок. Давайте поучаствуем. Прождали генерала почти два часа, а потто плюнули и вернулись к нашим людям. Люди важнее любых министров. Время близится к двум часа дня. Людей надо кормить. В Крымске нам сказали, что обеспечение добровольцев питанием берёт на себя отряд МЧС напополам с местной администрацией. Топаем в администрацию. Начальник штаба Василий Фёдорович говорит, что поесть можно либо в школе вместе со срочниками из МЧС, либо в кафе. Повар в школу приедет только через пару часов – застряла в Новороссийске. Ведём людей в кафе.
В кафе всем заведует женщина лет сорок по имени Галина. На лицо очень строгая, но заботливая. По хозяйству ей помогают мать и дочь. С её слов, кафе закрыли специально, чтобы кормить волонтёров и бойцов МЧС. А ещё мы узнаём, что мы практически первые добровольцы, которые дошли до Нижней Баканки. Рядом с кафе обнаруживается лагерь волонтёров из Москвы. Заведует там патлатый парень Рома. Помогает ему местный житель. В лагере восемь человек. Ребята говорят, что составили список уже из 70 человек, которым реально нужна помощь: старики, больные, одинокие женщины с детьми. Ребята убеждают нас переместить лагерь на Баканку. Николай находит предложение разумным. Действительно, проще стоять на Баканке, чем тратить бензин и время на езду туда и обратно каждый день.
Ставим лагерь. Попутно к нам присоединяются две девушки-психолога из Новороссийска – Люда и Маша. Девчата серьёзные и подготовленные. Внешне скорее флегматики. Готовы к любой работе. Договариваемся, что старшей над нашей медициной будет Ирина. Впрочем, Ирину днём с огнём не сыщешь – даже на обед не приходит, а всё ходит по людям. Вечером узнаём от неё о первых «тяжёлых»: старушка-диабетик, женщина с трофическими язвами, ещё одна женщина с раком груди, парализованный дед, две старушки в предынфарктном состоянии. У Ивана ситуация несколько лучше.
Вечером узнаём, что Наталья Веселова подняла бучу по поводу лагеря в Крымске, чем задела Роберта Шлегеля. В общем, у Николая и Шлегеля состоялся тяжёлый разговор по итогам которого нас позвали поговорить уже лично и в лагере в Крымске. Обещаем заехать, но только после планёрки в нижнебаканском штабе. Планёрка проходит в душном кабинете администрации станицы Нижнебаканской. Договариваемся о взаимодействии (местные чиновники решают передать один склад исключительно нам) и едем в Крымск.
По дороге слушаем местное радио. По словам губернатора Ткачёва, в крымском районе работает семь тысяч (!) волонтёров. Ржём в голос.
22:20. Стоим в лагере волонтёров в Крымске. Ждём встречи с Робертом Шлегелем. Телефон выключен. Рядом стоит молодая девушка. Вытирает волосы полотенцем. Говорим не о чём, попутно пытаясь выяснить, где же Роберт. Обсуждаем пиар политических партий и движений. Ругаюсь на ЕдРо, а потом и на белоленточных. Девушка поворачивается и говорит: «Да мне брат на всю жизнь, с кем я сегодня подвал рагребала и мёртвых куриц убирала! И плевать мне, какая у него лента! Любого за него порву»! Присматриваюсь и понимаю, что это знаменитая Мария Сергеева aka anaitiss.
Роберта так и не дождались. Едем обратно в свой лагерь. Там уже появились волонтёры из Краснодара – три пацана со старшим. Пацаны под мухой. Николай решает по утру их из лагеря отселить. Нечего разлагать дисциплину. Тут не туристическое собрание. Пересекаюсь с одним из пацанов у туалета. Спрашиваю, сколько лет? Отвечает, что 16, а его товарищу 17 лет. Ещё больше укрепляемся во мнении, что ребятам тут не место.
Поступает звонок из штаба МЧС в Крымске. «Ребят, разгрузите пожалуйста в три часа ночи фуру в Нижней Баканке. Ребята из Питера на подъезде. И помогите им лагерь разбить». Ок, без вопросов.
Ложимся спать в машине, а буквально в час ночи раздаётся звонок – начальник краснодарского МЧС просит разгрузить три фуры в Крымске. Намекаем, что есть же в Крымске свои волонтёры. На это МЧСники заявляются, что никого им в том лагере не дали. Хихикаем. Собираемся в путь на трёх машинах. По дороге задаём Ткачёву вопрос в твиттере: «ну и где семь тысяч волонтёров»?
Фуры в Крымск так и не пришли. Около трёх часов возвращаемся в Баканку. Я отрубился от усталости, а ребята пошли разгружать фуру. Наутро долго по этому поводу обижался на Николая.
Расспрашиваю про число погибших. По словам собеседника, слух пошёл от МЧСников, которые, увидев масштаб затопления, с ходу оценили число погибших в тысячу и более. Но трупов нашли реально около двух сотен. Я ещё не раз беседовал и с полковниками и с генералами, и с прочими представителями специальных служб. Все говорят, что трупов не больше двух сотен. Почему-то верю. Особенно после истории с пьяным МЧСником.
А дело было так. На территории лагеря волонтёров ребята совместно с полицейскими задержали пьяного сотрудника МЧС, который ходил и говорил ребятам, чтобы они быстрее бежали из Крымска, так как его сейчас будут засыпать химикатами с воздуха. Когда МЧСник протрезвел, то пояснил, что эту информацию он услышал по местному радио. Короче, клиника.


(Четверг) День третий. Про уродов и людей

Экстремальные ситуации очень хорошо показывают, кто человек, а кто урод моральный. При этом на нормальность или уродливость не влияют ни политические убеждения, ни антропологические особенности, ни уровень образования, ни возраст ни что-либо ещё. Вот вроде человек каждодневно бьёт себя пяткой в грудь по поводу того, как сильно он радеет за счастье народное. А попросишь у него помощи – так он аккуратно отмажется под предлогом того, что не хочет бросать тень на свою кристально чистую организацию: «А вдруг ваши волонтёры там будут заниматься мародёрством, бухать и драться? Не-не». Ок. Один урод есть.
Или вот приходит в лагерь питерский эколог. Махнул на помощь, когда началась трагедия. По его словам, они с товарищами сначала хотели поднять бучу, что воду спустили, чтобы не затопить дачу Гундяева и Путина. «Митрохин с товарищами приехали. Им сняли небольшую гостиницу. Да вот бучи не получилось». Медленно краснею, а потом белею. Усталость настолько сильная, что очень плохо получается контролировать эмоции. Чувствую, что взорвусь сейчас. Достаю сигарету и отхожу. Потом возвращаюсь и показываю ему, где лагерь питерских активистов. «Идите туда помогать». Да, он помогать остался. Поэтому затрудняюсь точно сказать, к кому его отнести.
Или подъезжает вечером к нашему лагерю Ford Transit. Оттуда выходят два армянина:
-Ребят, вода нужна?
- Спасибо, у нас вроде есть
-Ребят, мы домой возвращаемся, в Туапсе. Уже всех объехали, но воды немного осталось. Заберите. Может, передадите кому.
-Спасибо. Конечно, передадим.
Разгружаем воду. А в горле комок. Попутно обсуждаем, куда и кому в первую очередь нести воду. Скоро на базу вернутся наши медики, а у них есть список, кому надо помочь в первую очередь. А в ушах шум воспоминаний о том, что мы мародёры и пьяницы. Потом подъезжает Газель. Опять вода. Это уже новороссийское пароходство.
Пришли сотрудники администрации верхнебаканского поселения. Передали два пакета гуманитарки и не забыли сфоткаться с нами. Спрашиваю, зачем? Отвечают: «Распоряжение администрации. Мы же здесь в рабочее время. А вдруг мы куда-то не туда пошли и всё выбросили по дороге». Поражаюсь цинизму.
К восьми вечера к кафе, где нас кормила строгая Елена Романова, подъехал православный священник. Спросил, что это за здание. Ему ответили, что здесь кормят волонтёров. Батюшка открыл багажник и выгрузил много домашней консервации.
Потом были ещё люди. И ещё люди. Кого-то отправляли на склад, если он был на машине, а машина была сильно загружена. У кого-то сами принимали и сами относили. Но это всё вечером.
Ночью звонил Роберт Шлегель и извинялся, что не вышел на связь. Позвал приехать утром в лагерь. Ок. Едем поутру в лагерь. Перед этим забегаем к МЧСникам. Рассказываем о ситуации в Нижней Баканке. МЧСники разводят руками, но обещают прислать машину медиков. Встречаемся с Робертом, излагаем ситуацию. По его словам, в Баканке были волонтёры из лагеря. Он посылал туда человек 50. Отвечаем ему, что они только зашли в администрацию отметиться и никто их больше не видел. Роберт думал, что станица Нижнебаканская – это посёлочек человек на триста. Говорим ему, что он не прав и пишем список, что нам нужно. Роберт обещает разобраться. Чиновники-то в штабе рапортуют совершенно другое.
Потом пьём кофе с подполковником МЧС и рассуждаем о казаках, которые типа патрулируют Крымск, а на деле сидят в том же кафе, что и мы, и пьют чай. От половины казаков разит перегаром. Рассуждаем о вертикали, которая грохнулась и нифига не работаем. По радио в тот же день Ткачёв заявил, что волонтёры мешают МЧС работать. Не, товарищи, это уже клиника.
А технику в Нижнебаканскую начали подгонять после обеда. Вслед за техникой приезжал вице-губернатор, который общался с местным населением. Приезжал и канал «Россия». С журналистами вообще отдельная история. Приезд телевизионщиков наблюдала наша врач Ирина. Перед их приездом улицу Чкалова одна машина засыпала щебёнкой. Телевизионщики сняли расчищенную улицу, а репортёр на камеру сказала, что восстановительные работы благодаря МЧС и местной администрации идут быстро и бодро. Ирина закипела и предложила им поснимать во дворах, а не на улице. Ей заявили, что она «нагнетает». Ну не скоты ли?
На Котовского Вова вместе с МЧСниками собирает трупы животных. После обеда его не позвали. Вова сокрушается, что он нашёл барана, а упаковать его не дали. Вечером один из спасателей рассказывал, как таджик, участвовавший в разделке , не выдержал запахов. В общем картинка была и смешная и неприятная.
Вечером в лагерь Вова притащил баклажку воды из источника, находящегося на холме. Отхлебнул. Остальные побоялись. Но Вове пофигу, у него был рак и он почти лишился желудка. Говорит, что после пяти химиотерапий ему никакая зараза не страшна. В очередной раз поражаюсь людям.
Вову мы поначалу приняли за какого-то ханурика или зэка. А оказался очень умный парень, который не боялся никаких трудностей и помогал людям. Как и все остальные.
Днём к нам приезжал полкан из калмыцкого МЧС. Спросил, как называется наш лагерь. Назвали его «Сталинград».
Наблюдаем за питерцами. Они забавные, но активные. Их старший Эдуард носится как угорелый и пытается предотвратить мародёрство на складах, заодно давая отпор местной власти, которая с чего-то решила сама заниматься гуманитаркой. А вот хрен.
Во время разгрузки гуманитарки в одной из фур оказалась резиновая женщина. Игорь из нашего отряда долго матерился. Сидим смеёмся. Я предлагаю закупить вазелин в баночках и вручать вместо гуманитарки разного рода нечистоплотным гражданам, пытающимся затариться по несколько раз.

(Пятница) День четвёртый. МЧС.



Техника пришла в Нижнюю Баканку. Много техники. Калмыцкий отряд МЧС, анапский. Ещё какие-то МЧСники. Дождались. На 6-й день техника пришла и сюда. Пинки оказались действенными. Проводим минисобрание, делаем планы на день и выдвигаемся на сбор машин по руслу речки.
Машин в русле 14 штук. Одна из машин во время потопа перевернулась и теперь стоит зарытая в смесь щебня и речного песка. По словам местных жителей, они видели как какой-то мужчина во время наводнения пытался её отогнать и до конца боролся с потопом. По они вроде как видели как его вместе с машиной забрал поток. Местные жители трижды оставляли заявку в администрации и МЧСникам с просьбой раскопать машину, потому что рядом с ней стоит устойчивый запах разложения. Очень боюсь, что там действительно есть погибший. Боюсь не самого трупа. Нет. Боюсь, что ещё одну жизнь забрала стихия.
За два часа раскапываем кузов так, что его можно зацепить. МЧСники с противоположного берега начинают тянуть. Вытягивают. Трупа нет. Более того – хозяин машины сам с утра явился в администрацию и указал, где она лежит. Вот такая маленькая радость.
Ещё одна маленькая радость случилась, когда приехали журналисты из «Крестьянской жизни» и «Волгоградской правды». Помимо гуманитарки они именно для нас привезли печеньки J
После обеда иду с Вовой из Котельниково и Романом на улицу Лозовую, где живут мать и две дочери. Мужчин в семье нет. У матери недавно удалили раковую опухоль. Помочь некому. Дом стоял на высокой стороне реки, а потому вода поднялась «всего-то» на высоту в два метра. Двор полон ила и тины. Стоптанные ботинки, которые я взял на питерском складе, провалились сразу и глубоко. Ничего страшного, главное расчистить.
За два часа освободили основную площадку и пошли на Войкова 7 к «Мишиной бабушке». Утро бабушка сама пришла к нам в лагерь и мы вручили ей портативную газовую горелку. Идём учить пользоваться. Всё-таки приносить счастье и хоть какую-то радость даже в таких тяжёлых условиях очень приятно.
Перед ужином обсуждаем с медиками положение в станице. Ирина говорит, что у многих началась острая кишечная инфекция. Это ещё не дизентерия, но факт есть факт. Ещё обсуждаем то, что колодцами нельзя будет пользоваться около месяца, пока вся зараза не осядет или не будем смыта вниз по течению. По дороге домой я напишу об этом Шлегелю. Интересно, рассказал ли он на штабе? Отреагировали ли местные власти? Вообще кто-то вспомнит про Крымский район через пару недель?
Вечером подъехала машина от «Ротари-клуб». Краснодарский филиал собрал гуманитарную помощь и начал развозить адресно. С ними был корреспондент «Голоса Америки» и «Радио свобода». Мило пообщались. Дал интервью корреспонденту. Интересно, выложат? Узнал, что член ротари-клуба в Волгограде на своём джипе везёт гуманитарку в Крымск. Надеюсь, у него всё хорошо.
Решили сворачивать лагерь. Во-первых, подошли дополнительные отряды МЧС. Во-вторых, нам на смену уже шёл второй отряд. В-третьих, стало понятно, что уже пошёл моральный износ. Всё-таки, тяжело работать в таких условиях людям не подготовленным. Факт. Ну и подтянулись волонтёры из числа краснодарской молодёжи.
Перед отъездом беседуем со старшим питерской группы. Он показывает мне визитку одного крупного чиновника краевой администрации. По словам Эдика, он вместе с ним видел морг одной из станиц, который буквально завален трупами. Я почему-то верю Эдику, но у меня не состыкуется эта информация с другой и с увиденным. За все дни в Нижнебаканской никто из ребят не видел семей, у которых кто-то погиб или пропал без вести. А прошли мы не меньше десятка улиц.
Прощаемся с Людой и Машей. Больше спасибо вам, девчонки, за вашу помощь людям. Это было очень важно для них и для нас.
Несколько человек поехали в Новороссийск. Другие стартанули раньше. Мы же в количестве пяти человек погрузились в машину Николая и поехали в Волгоград. Представляю, насколько тяжёлой была для него эта дорога в ночь…
Забавный прикол получился по дороге. Остановились мы на трассе размяться. Выхожу из машины и чую рядом запах разложения. Первая мысль: надо позвонить Елене (медик, офицер МЧС) и оставить заявку на утилизацию. Не отпускают такие дела видимо долго...
Как я радовался рассвету в Котельниково… И как быстро я отвык от повседневной устроенной жизни живого города. Около восьми утра оказался у своего подъезда. Присел закурить. Из окна одной квартиры неслись голоса «Эхо Москвы». Хех, это судьба J

Эпилог

Ну и напоследок. Выше я писал, что практически с первого дня у многих в голове родилось понимание, что необходима волонтёрская общественная организация или курсы для волонтёров, которые могли бы помогать специальным службам в ситуации ЧС. Роберт Шлегель эту идею поддержал, когда мы разговаривали с ним в пятницу вечером в лагере добровольцев в Крымске. Правда боюсь, что он совершит ту же ошибку, которую совершают наши власть – напишет ещё один закон. А тут закон писать не надо. Всего лишь, как правильно заметил наш медик Иван, надо внести одну поправку в ФЗ-151 «Об аварийно-спасательных работах». Просто расширить перечень и отдельной статьёй его перечислить. Если же у нас будет отдельный закон, то будет та же толчея, с которой мы столкнулись в крымском районе Краснодарского края, когда все специальные службы действовали типа по закону и совершенно спокойно слали друг друга нах. Правда, моя дорогая радиостанция уже сообщила, что бессмысленная Общественная палата проект закона о волонтёрах уже подготовила: http://echo.msk.ru/news/909129-echo.html?utm_source=twitterfeed&utm_medium=twitter

Трагедия в Крымске в очередной раз выявила множество проблем. Во-первых, мы оказались не готовы к крупномасштабной стихии. МЧС конечно молодцы, но и в их ведомстве хватает бардака. Как рассказывал один крупный сотрудник, ведомство во время пожаров работало на картинку. Вот идёт низовой пожар, а центр даёт команду заливать его с ИЛ-76. Ну отлично. В итоге пожар разбрасывает на деревья. И привет – долбитесь с ним теперь. Во-вторых, нынешняя система российской бюрократии оказалась громоздкой и неповоротливой. Она заточена не на помощь человеку, а на укрывательство собственного раздолбайства и отказа в помощи человеку. Водоканал Крымского района прибывал в панике, когда посмотрел на речку в Баканке и на свой план. По плану там глубина речки 2 метра и 25 метров между берегами расстояние. Стоит ли говорить, что в реальности всё совершенно не так, а деньги, выделенные 5 лет назад, были успешно разворованы? В-третьих, огромные промахи у нас и в обществе – государство настолько закабалило человека, что взвалило на себя избыточный груз. Вместо того, чтобы создать эффективную систему страхования на случай беды, у нас избыточная опека над человеком и «тушение» людского гнева многомиллиардными суммами из бюджета. Ткачёв уже пообещал 9 миллиардов рублей на восстановление Крымска. Стоп, а как же Новоукраинская? А Нижнебаканская? А несколько хуторов и дачный посёлок? Да, там не погибли люди, но им тоже пришлось не легко. Короче, цинизм и разруха. Тотальный паралич госорганов и внезапно появившееся гражданское общество, которое собирает гуманитарку и идёт делать работу МЧС. Но тогда зачем нам государство в его нынешнем состоянии?

Спасибо nslukyanenko, cocain_de_luxe? номеру, заканчивающемуся на 866, что подбрасывал деньги на телефон и всем-всем-всем неравноудшным к чужому горю.

ЗЫ, если что-то не дописал сюда, то можете почитать здесь всю сжатую хронику: http://vk.com/politika34

Tags: люди, общество, перепост, помощь, трагедия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments